October 14th, 2019

00Canova
  • dolboeb

Чем образованность отличается от дикости?

Помимо псевдоцитат, широкое хождение в мировых интернетах имеют недоцитаты.
Обрывки фраз, вырванные из контекста, зачастую противоположные смыслу первоисточника.

Классический пример: «в здоровом теле — здоровый дух».
Традиционно эти слова Ювенала приводятся в качестве поговорки, указывающей на некую взаимосвязь между соматическим и психическим здоровьем человека.

На самом деле, в «Сатирах» Децима Юния Ювенала ничего даже отдалённо похожего не утверждается. Там mens sana (здоровый ум) и corpore sano (здоровое тело) приводятся как два разных благословения, о которых стоит молиться богам — вполне в духе русского тоста «Чтоб хуй стоял и деньги были», безо всякого намёка на причинно-следственную взаимосвязь между одним и другим богатством.

Более близкий по времени пример — пушкинская недоцитата «Уважение к минувшему — вот черта, отличающая образованность от дикости». Поскольку кумиры нам снятся по-прежнему, счёт авторам, приводящим эту цитату в своих трудах, идёт в наше время на тысячи. Легко догадаться, что во всех случаях слова Пушкина привлекаются для того, чтобы заклеймить «дикостью» неуважение к тем или иным деятелям прежних эпох — Сталину, Ленину, Николаю II, Ивану Грозному и т.п. Но ни в одном таком источнике вы не найдёте ни пушкинской фразы целиком, ни ссылки на её источник.

И это совершенно естественно, потому что целиком фраза звучит так:

Уважение к минувшему — вот черта, отличающая образованность от дикости; кочующие племена не имеют ни истории ни дворянства.

То есть речь в исходной фразе Пушкина идёт не о чьём-то личном сознательном выборе «уважать / не уважать» тиранов прошлого, а о том, что одни народы — осёдлые, цивилизованные, с богатой родословной, тогда как другие — кочевые, дикие, не помнящие своих предков и не сохранившие их наследия.

Угадайте с трёх раз, к какому из двух полюсов Пушкин в оригинале причисляет русский народ и родную словесность. Можно даже не гадать, а просто заглянуть в исходный текст «Набросков статьи о русской литературе» 1830 года. Так выглядит этот текст целиком:

Уважение к минувшему — вот черта, отличающая образованность от дикости; кочующие племена не имеют ни истории ни дворянства.

Приступая к изучению нашей словесности, мы хотели бы обратиться назад и взглянуть с любопытством и благоговением на её старинные памятники, сравнить их с этою бездной поэм, романсов, ироических и любовных, простодушных и сатирических, коиминаводнены европейские литературы средних веков.

Нам приятно было бы наблюдать историю нашего народа в сих первоначальных играх разума, творческого духа, сравнить влияние завоевания скандинавов с завоеванием мавров. Мы бы увидели разницу между простодушною сатирою французских trouveurs и лукавой насмешливостию скоморохов, между площадною шуткою полудуховной мистерии — и затеями нашей старой комидии.

Но к сожалению — старинной словесности у нас не существует. За нами темная степь — и на ней возвышается единственный памятник: Песнь о Полку Игореве.

Словесность наша явилась вдруг в 18 столетии, подобно русскому дворянству, без предков и родословной.


Чтобы увидеть в этой пушкинской цитате призыв поклоняться мощам Ленина и Николая II, нужна та самая дикость, состоящая в тотальном забвении первоисточника.
0makovsky
  • dolboeb

Русь слиняла в два дня. Самое большое — в три

В связи с годовщиной февральских событий, положивших de jure конец самодержавию в России, стоит заметить, что полноценная история тех дней так толком по сей день и не написана. Февральская революция остаётся для нас и малознакомым, и в целом малопонятным историческим эпизодом. Ясно одно: крах Российской Империи наступил много быстрей, чем кто-либо мог ожидать и предполагать — включая и сторонников, и противников.

Русь слиняла в два дня. Самое большое — в три. Даже "Новое время" нельзя было закрыть так скоро, как закрылась Русь. Поразительно, что она разом рассыпалась вся, до подробностей, до частностей. И, собственно, подобного потрясения никогда не бывало, не исключая "великого переселения народов" ...) Не осталось Царства, не осталось Церкви, не осталось войска, и не осталось рабочего класса. Что же осталось-то? Странным образом — буквально ничего. Остался подлый народ…, — писал о происшедшем Василий Розанов в «Апокалипсисе нашего времени».

О том же пишет в «Русской революции» Ричард Пайпс, цитируя А.Ф. Керенского:

Самой поразительной чертой была скорость, с которой рухнуло Российское государство. Так, словно величайшая в мире империя, занимавшая одну шестую часть суши, была каким-то искусственным сооружением, не имеющим органического единства, а вроде бы стянутым веревками, концы которых держит монарх в своей руке. И когда монарх ушел, скрепы сломались и все сооружение рассыпалось в прах. Керенский говорил: бывали моменты, когда ему казалось, что "слово "революция" совершенно неприложимо к тому, что произошло в России. Целый мир национальных и политических отношений пошел ко дну".

В каком-то смысле, слово «революция» действительно тут неверное. Прежде всего, монархию в феврале-марте 1917 года никто не свергал. Вполне монархически настроенные командующие фронтов умоляли Николая II отречься от престола в пользу сына-наследника, именно для того, чтобы сохранить царствующую династию.

Победоносный конец войны, столь необходимый для блага и будущности России и спасения династии, вызывает принятие сверхмеры. Я, как верноподданный, считаю, по долгу присяги и по духу присяги, необходимым коленопреклоненно молить Ваше Императорское Величество спасти Россию и Вашего Наследника, зная чувство святой любви Вашей к России и к нему. Осенив себя крестным знамением, передайте ему Ваше наследие. Другого выхода нет, — писал брату великий князь Николай Николаевич, командующий Кавказским фронтом.

Этим актом будет спасена и сама династия, в лице законного наследника, — писал царю генерал-адъютант Брусилов, командующий Юго-Западным фронтом.

Николай сперва отрёкся в пользу царевича Алексея, а затем, поговорив с великим хирургом Фёдоровым о прогнозе здоровья сына, передумал, и подписал отречение уже от имени себя и наследника — в пользу великого князя Михаила Александровича.

После отречения, отправляясь поездом в ставку, Николай отправил брату телеграмму, адресованную «Петроград. Его Императорскому Величеству Михаилу Второму». А уже Михаил заявил, назавтра после отречения императора в его пользу, что передаёт власть Временному правительству — причём сам он не отрекался тем самым от престола. В «Акте об отказе от восприятия верховной власти» говорилось, что Михаил Александрович принял твёрдое решение в том случае восприять Верховную власть, если такова будет воля великого народа нашего, которому надлежит всенародным голосованием, чрез представителей своих в Учредительном собрании, установить образ правления и новые основные законы Государства Российского.

Первое и последнее заседание Учредительного собрания прошло 5 января 1918 года в Таврическом дворце, и на нём Россия была провозглашена демократической республикой. После этого Учредительное собрание было разогнано большевиками. Николай II вместе с семьёй был расстрелян 17 июля 1918 года в Екатеринбурге. Месяцем ранее, 13 июня 1918 года, в Перми был расстрелян его младший брат Михаил, в пользу которого император отрекался от престола. Но эти события к Февральской революции отношения уже не имеют.

В канун выходных могу порекомендовать читателю почти двухчасовую лекцию профессора Андрея Зубова о февральских событиях 1917 года:

И, конечно же, земное спасибо создателям «Проекта 1917» за уникальную историческую возможность для всех нас прожить ту эпоху заново, глядя на происходящее глазами сразу множества современников и очевидцев событий.
lemonde
  • dolboeb

Сталин и Гитлер, однояйцевые близнецы

Сегодня у Акунина — пост о советско-нацистской дружбе.
В рамках которой Советский Союз сдавал Гитлеру всех антифашистов, которые с его приходом к власти бежали в СССР.
Очень полезное чтение.

Оригинал взят у borisakunin в В нашем городе, на окраине

     Сам не очень понимаю, почему эта история, далеко не самое страшное преступление сталинизма, так меня пронимает. Есть в ней что-то совершенно невыносимое.
     И ведь не то чтоб я испытывал хоть какую-то симпатию к коммунистам 30-х годов. Если сравнивать их с фашистами, последние, конечно, хуже, но это вовсе не означает, что первые лучше.
     23 августа 1939 года немецкие фашисты с советскими коммунистами решили  (и справедливо), что у них  друг с другом общего больше, чем с западными демократиями. Подписание Пакта Молотова-Риббентропа дало старт мировой войне и начался кошмар, по сравнению с которым происшествие в Брест-Литовске 2 мая 1940 года должно было бы казаться пустяком. Но не кажется.
     Как известно, Сталин был ужасно собой доволен. Всех перехитрил. Заполучит Прибалтику, кусок Польши, Румынии и Финляндии (что Финляндия окажется крепким орешком, он еще не догадывался); стравит европейцев между собой и они  опять, как в 1914-1918,  истощат себя нескончаемой войной, а он будет третьим радующимся.

1
Ай, голова!      

     Так был счастлив, что прямо изъюлился весь перед своим новым другом Гитлером. Тот, надо сказать, тоже ликовал (и имел для того более существенные основания). Фюрер даже щедро предложил выпустить в СССР коммунистического вождя Тельмана. Сталин деликатно отказался: ну что вы, что вы, стоит ли утруждаться, мы и так всем довольны. (Потом он точно так же откажется спасти Рихарда Зорге).
В качестве некоей дополнительной любезности Сталин предложил выдать Берлину политэмигрантов из Германии  и Австрии – своих товарищей-коммунистов, которым повезло вовремя унести ноги и не попасть в фашистские концлагеря.
     Правда, большинство из них в 1937-38 годах (тогда  мели всех иностранцев без разбора) вместо этого попали в ГУЛАГ, а то и под расстрел. Но пятьсот коммунистов собрали-таки, и Гитлер с благодарностью принял этот дар доброй воли.
     История эта, в общем, хорошо известна, и новостью для меня не являлась. Просто на днях я случайно наткнулся на одном европейском телеканале на интервью с очень старой дамой и послушал, как всё это происходило. Ну и от некоторых подробностей меня заколотило.
     Даму зовут (то есть звали - она давно умерла, интервью было старое)  Барбарой Нойманн. Она - вдова одного из лидеров германской компартии, казненного Сталиным. Конечно, сидела где-то как жена врага народа. Всё по полной программе: голод, побои, унижения. И вдруг ее срочно увозят из карагандинского лагеря – и не на допросы, а в санаторий. Там много старых знакомых, все коммунисты. Условия – райские. Лечат, кормят. Больше всего Барбару, отвыкшую от человеческого обращения, тронула заботливость врачей и персонала. Прямо как с родной обращались.
     В общем, подкормили, подлечили, приодели – женщинам чуть ли не шубки меховые выдали. Посадили в поезд, повезли на запад. Прошел слух, что в Литву или Латвию, а оттуда – на все четыре стороны.
     Но нет. Поезд прибыл в Брест-Литовск. И на той стороне моста ждали люди в эсэсовских мундирах…

2
Эти провожали…

3
…а эти встретили.


     Почти никто из того поезда живым из концлагерей не вернулся. Барбара – одна из очень немногих, кому повезло.
4
Барбара тогда была вот такой

     Что здесь отвратительнее всего? Конечно, «санаторий». И ведь нам-то, в отличие от западной аудитории, не нужно объяснять этот странный и вроде бы ненужный перерыв между одним концлагерем и другим. А чтоб «за державу не было обидно»! Чтоб не  ударить лицом в грязь перед иностранцами, да еще из такой почтенной организации как Гестапо. У советских собственная гордость. У нас и зэки, слава тебе господи, откормленные и нарядные. Потому что у нас всё полной чашей.
     Слушал я рассказ везучей старушки и всё гнал от себя выплывшую из какого-то пионерлагерного прошлого идиотскую песню «сиротского» жанра:

В нашем городе, на окраине
На помойке ребенка нашли.
Ручки вымыли, ножки вымыли,
И опять на помойку снесли.

     А на прощанье вот вам. Любуйтесь
100george
  • dolboeb

Где воевали деды и отцы гордых ватников?

Очень примечательный конкурс к 70-летию Победы замутил Алтайский госуниверситет при поддержке Главного управления образования и молодёжной политики Алтайского края. От названия разит помпезным советским многословием: «Из одного металла льют медаль за бой, медаль за труд». Но отдельно впечатляет список тем, по которым конкурсантам предложено написать героико-патриотические сочинения:

Принимаются материалы по темам — «По законам военного времени», «Подвиг многонационального народа», «Родина-мать», «Патриотизм «трудовой армии», во второй — «В моей семье есть красный стяг Победы», «Дети войны. Жизнь и судьба, опаленная войной», «Гордое имя – «ватник», «Мы – не «колорады». Мы – потомки дедов и отцов с Георгиевскими крестами!», — сказано в официальном анонсе конкурса.

Тут просто достаточно знать отечественную историю, чтобы понять уже наконец, откуда все эти гордые ватники взялись на нашу голову. Дело в том, что с окончанием Гражданской войны традиция награждения кого бы то ни было в России георгиевскими крестами прекратилась на полных 70 лет. Зато она сохранилась за российскими пределами. Так что в годы Великой Отечественной войны георгиевских крестов не получил ни один советский солдат. Зато их получали военнослужащие Русского корпуса, входившего в состав сперва Вермахта, а с 1944 года — Русской освободительной армии под командованием генерала Власова.
Отцы и деды гордых ватников
Если вдуматься, нет ничего удивительного в том, что потомки таких «отцов и дедов» (а повоевать под знамёнами Власова успели около 800.000 человек) сегодня разделяют все человеконенавистнические лозунги, обильно льющиеся нам на голову из зомбоящика. Просто раньше они об этом стеснялись говорить вслух. Например, знаменитая статья Егора Просвирнина про то, как 22 июня 1941 года «Белая Европа вернулась в Россию» в лице сотен, тысяч чинов Русской Императорский Армии, вступивших добровольцами в Вермахт, СС или создавших свои подразделения, сегодня уже не находится на том сервере, где она была первоначально опубликована. Кураторы проекта в 2013 году сочли, что для сайта, обильно цитируемого Киселёвым по ящику в прайм-тайм, это слишком откровенный текст. И в дальнейшем, когда на том же сайте восхваляли какого-нибудь очередного «незаслуженно забытого» героя Белого движения, тему его службы у Гитлера старались не упоминать... Но это ж всё тонкие московские штучки, а на Алтае «сыны и внуки» власовцев ничего уже, как видим, не стесняются. Да и как утаишь это шило в мешке, если вся нынешняя религия ненависти — к инородцам, иноверцам, национал-предателям, гнилой интеллигенции и растленной Гейропе — от начала и до конца передрана из тех же нацистских брошюрок для «отцов и дедов» с железными крестами времён Великой Отечественной...